— Я уже сказал вам.
— Где ее одежда, Гарви?
— Я уже объяснил. Я достал ее именно в таком виде.
— Хорошо, Гарви, — произнес лейтенант со вздохом. — Мне придется арестовать вас вместе с женой и отвезти обоих в город, поскольку подобные объяснения не оставляют мне другого выбора. Вы имеете право… Впрочем, черт с ним. Вот что я скажу вам, Гарви… Вы с женой поедете со мной в полицию, мы пока не будем вас арестовывать, а просто посмотрим, смогут ли там выяснить, отчего она умерла. Понятно?
Гарви и Сьюзи грустно кивнули.
По дороге они шепотом спорили между собой, сидя на заднем сиденье машины лейтенанта Серпио.
— Покажи ему датское пирожное, — все время шептала Сьюзи.
— Нет.
— Почему нет?
— Не хочу.
— Но он же тебе не верит. Это так просто. Если ты достанешь датское пирожное, то, может быть, он тебе поверит.
— Нет.
— А гамбургер?
— Нет.
Лейтенант Серпио провел их в контору, где находилось много полицейских в форме и несколько в штатском, подвел к скамейке и с некоторой долей заботливости в голосе сказал:
— Сидите здесь, успокойтесь и не нервничайте. Если захотите чего-нибудь, попросите вот того парня за столом.
Потом он подошел к столу и тихо переговорил с сидящим за ним полицейским. Прошло около минуты, потом полицейский встал из-за стола, подошел к Сьюзи с Гарви и сказал:
— Расслабьтесь, не нервничайте. Все будет в порядке. Гарви, хотите датское пирожное с черносливом?
— Зачем?
— Может вы проголодались. Ничего особенного. Я пошлю мальчика, и через пять минут он принесет пирожное с черносливом. Ну, как?
— Нет, — отказался Гарви.
— Думаю, нам следует позвонить нашему адвокату, — сказала Сьюзи.
Полицейский отошел, и Гарви спросил у нее, кому она хотела звонить, ведь своего адвоката у них никогда не было.
— Не знаю, Гарви. В таких случаях всегда звонят адвокату. Я боюсь.
— Они сочтут меня либо сумасшедшим, либо убийцей. Так всегда бывает. Лучше бы я никогда не видел твоего паршивого братца.
— Гарви, ты начал выхватывать пирожные из воздуха еще до того, как мой брат переступил порог нашей квартиры.
— Верно, — согласился Гарви.
В эту самую минуту судебно-медицинский эксперт сидел перед лейтенантом Серпио и начальником полиции и объяснял им следующее:
— Данный случай нельзя расценивать как убийство, поскольку эта светловолосая киска никогда не была живой.
— Послушайте, я занятой человек, — сказал начальник полиции. — Сегодня вечером у нас произошло одиннадцать убийств — всего за один воскресный вечер. Я уже не говорю о двух самоубийствах. Так что прошу меня не запутывать вашими загадками.
— Я сам запутался.
— Хорошо. Что там у вас насчет этой мертвой блондинки?
— Она мертва только с формальной точки зрения. Как я уже сказал, она никогда не была живой. Это какая-то невероятная конструкция, созданная полоумным доктором Франкенштейном. Снаружи у нее почти все в порядке, если не считать того, что ее создатель забыл про ногти на пальцах ног, но у нее нет и не было сердца, почек. Нет желудка, легких, сосудистой системы и практически нет крови, а та жидкость, которая заменяет ей кровь, на самом деле таковой не является, поскольку у нее все не так, как у людей.
— Тогда что же у нее внутри?
— Что-то вроде сырого бифштекса.
— О чем вы говорите, черт возьми? — крикнул начальник полиции.
— Что слышали, то и говорю, — грубо ответил судебно-медицинский эксперт.
— Ну-ну. Я даю вам на исследование мертвую блондинку семи футов ростом, от одного вида которой вы подпрыгиваете до потолка, хоть она и мертвая, а теперь вы утверждаете, что она никогда не жила. Поверьте, на своем веку я повидал достаточно трупов, в том числе и трупов красивых блондинок, но все они когда-то были живыми.
— Только не эта. У нее нет даже позвоночника, так что она никогда не смогла бы подняться. Я напишу о ней статью и, если получится, опубликую в Англии. Знаете, опубликовав такую статью в Англии, можно снискать себе уважение. Здесь — никогда.
— Кто привез труп? — поинтересовался начальник полиции.
— Серпио привез.
— Голую?!
— Как есть, — подтвердил Серпио. — Мы обнаружили ее распластавшейся на полу квартиры Гарви и Сьюзи Кеплмен. Гарви Кеплмен — бухгалтер. Сейчас они оба сидят наверху.
— Им предъявлено обвинение?
— А что мы можем им предъявить?
— Невероятно красивая, — вмешался судебно-медицинский эксперт. — Вкалываешь на этой проклятой работе и не видишь ничего интересного. Где они ее откопали? Что они говорят?
— Этот Гарви Кеплмен, — ответил Серпио, — говорит, что достал ее из воздуха.
— Да?
— Черт возьми, Серпио! — опять вскипел начальник полиции.
— Это он говорит, а не я. Он говорит, что достает из воздуха датские пирожные и что ее он достал оттуда же.
— Датское пирожное? Что — такое, с черносливом?
— Да. Датское пирожное.
— Хорошо, — подытожил начальник полиции. — Мне остается надеяться, что вы в здравом уме и не пьяны. Если вы сошли с ума, вас будут лечить. Если вы напились, вас уволят. Итак, ведите их обоих ко мне в кабинет.
— Я тоже поприсутствую, — сказал судебно-медицинский эксперт. — Мне надо быть там.
На этот раз Серпио назвал Гарви «мистер Кеплмен».
— Мистер Кеплмен, — вежливо обратился он, — начальник полиции приглашает вас в свой кабинет.
— Я устала, — пожаловалась Сьюзи.
— Еще немного — и мы, может быть, все уладим… что такое, мистер Кеплмен?
— Я хочу, чтобы вы знали, — сказал Гарви, — со мной раньше ничего подобного не случалось. У меня хорошие рекомендации. Я работаю в одной и той же фирме шестнадцать лет.
— Мы знаем об этом, мистер Кеплмен. Мы не отнимем у вас много времени.
Через несколько минут у начальника полиции собрались: Гарви, Сьюзи, Серпио, сам хозяин кабинета и судебно-медицинский эксперт. Начальник налил всем кофе.
— Прошу вас, мистер и миссис Кеплмен, — начал он. — У вас был тяжелый день, — голос его звучал мягко и успокаивающе. — Кстати, мне сказали, что вы умеете доставать из воздуха датские пирожные. Я могу послать за ними, но к чему это, если вы можете извлечь их свеженькими прямо из воздуха. Попробуем?
— Ну…
— Гарви вообще-то не очень любит доставать предметы из воздуха, — сказала Сьюзи. — Он считает, что это неправильно. Разве не так, Гарви?
— Ну, — неловко начал Гарви, — ну… Я всю свою жизнь не отличался талантами. Мою мать звали Рут Кеплмен… — он заколебался, переводя взгляд с одного лица на другое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
